|
|
|
|
| |
| 16 мая 2001
г. |
| Источник:
"Парламентская газета" |
|
У
региона - большое будущее
|
| Губернатор
Александр Васильевич Филипенко представляет новое поколение руководителей.
Это уже не те записные политиканы, которым все равно чем руководить
- баней, стадионом, театром, газетами, воинским соединением или
хозяйством края. Александр Васильевич практически коренной сибиряк,
около трехдесятков лет трудится в округе. Руководитель и хозяйственник,
инженер-мостостроитель по специальности. По итогам ряда конкурсов
последних лет был признан одним из лучших губернаторов Российской
Федерации. Эту оценку полностью разделяют жители округа, дважды
с рекордным количеством голосов (первый раз - свыше 70 процентов,
а второй - 96 процентов) избравшие Александра Васильевича своим
лидером. |
| - Александр
Васильевич, перед приездом к вам я провел блиц-опрос москвичей на
предмет: какое место среди 89 регионов страны занимает Ханты-Мансийский
автономный округ по производству промышленной продукции? Четверо
из пяти отводили вам место где-то в пятом десятке и были несказанно
удивлены тем, что округ занимает по этому показателю первое место,
обойдя Москву. Это говорит о том, что в большинстве своем мы очень
мало знаем о ваших краях. |
| - Я скажу даже
больше: за границей о нас нередко знают лучше, чем в иных московских
структурах. Между тем не заметить нас невозможно. Мы занимаем 523
тысячи квадратных километров - по территории это почти Франция или
Украина, или две Великобритании. 600 километров нашей западной границы
совпадает с границей между Европой и Азией. В широтном направлении
округ занимает все пространство от Уральского хребта до Восточной
Сибири, так что, двигаясь севера на юг и с юга на север, нас не
объедешь. К первому месту в стране по объемам промышленной продукции,
о котором вы уже говорили, следует добавить, а вернее, расшифровать:
сегодня мы добываем около двух третей всей российской нефти. Это
составляет 5 процентов ее мировой добычи. То есть округ производит
столько этого ценнейшего сырья, сколько получают Иран, Китай и Венесуэла.
|
| Мы занимаем
1 - 2-е места в стране по производству электроэнергии. Причем энергетические
мощности у нас недогружены, так как электросистема была сориентирована
на внутреннее потребление. Только экспорт предприятий, работающих
в Ханты-Мансийском автономном округе, составляет 7-8 миллиардов
долларов в год. Ну и как итоговый показатель - население округа,
составляющее около одного процента населения страны, дает порядка
десяти процентов дохода федерального бюджета! Нет, все-таки здесь
трудятся далеко не худшие люди - талантливые, трудолюбивые, профессионалы.
Конечно, эти цифры и факты впечатляют, но ясно и другое - основаны
они прежде всего на нефти. Пока цены на нее на мировом рынке высоки
- все хорошо, а чуть конъюнктура ухудшилась - экономика пошла враскачку.
|
| - В последнее
время все упорнее ползут слухи, что ваши месторождения скоро будут
исчерпаны... |
| - Не знаю,
кто распускает такие слухи. Авторитетнейшие специалисты и у нас,
и за рубежом уверены, что во всяком случае в ближайшие 30 лет пропорции
существенно не изменятся и мы будем по-прежнему добывать более половины
всей российской нефти. Конечно, нефтяникам нужно идти и на север
европейской части, и в Восточную Сибирь, и на сахалинский шельф.
Но лидерство объективно сохранится за нами. Более того, американцы
прогнозируют (и наши специалисты подтверждают это), что в недрах
округа содержится около 14 миллиардов тонн еще даже неразведанных
запасов нефти. Так что, как говорят в народе, в смысле перспектив
у нас все прекрасно, а вот текущие задачи решаются "знакопеременно". |
| Тут я вижу
две проблемы. Одна связана с монокультурой, другая - с эффективностью
государственного участия в делах отрасли. В самом деле, такова уж
сырьевая экономика: пошли цены вверх - всем хорошо, опустились цены
- мы начинаем чихать, а с нами и вся Россия. Задача государства
- максимально сдемпфировать эти колебания, разработать механизм
гибкого реагирования на изменения конъюнктуры рынка. К сожалению,
этого у нас не сделано. Вместо баланса интересов региона и государства
в целом часто берут верх сиюминутные потребности. Стоит более или
менее задышать топливно-энергетическому комплексу, как его сразу
стремятся перегрузить поборами, да так, что он в коленях прогибается.
Сейчас, к примеру, предпринимаются попытки сверхцентрализации доходов
в пользу федерального бюджета путем перераспределения платы за природные
ресурсы. Срисовали соответствующие предложения с некоего зарубежного
опыта, но ведь у нас не заграница, да и опыт в большинстве стран
как раз совсем иной. |
| Или пытаются
нарушить баланс интересов регионов и Центра, разделив все - ресурсы,
фонды и даже предприятия - по принципу "это - наше, а это - ваше".
Пытаются провести линию раздела: это - федеральное, это -региональное,
а это - местное. С точки зрения формальной логики вроде бы все верно:
сначала все поделим, а потом каждый разберется, что делать со своей
долей. Но так гладко бывает только на бумаге. В жизни принцип "свой
- чужой" оказывает разрушительное действие. И, как ни странно, больше
всего теряет от него Центр. Возникает ситуация, когда федеральные
предприятия работают плохо. Из Центра до них далеко, а местным властям,
что называется, "бог рогов не дал" - нет соответствующих компетенций,
а нередко и стимулов. |
| Что касается
монокультуры, конечно же, экономика, в которой 98 процентов составляет
топливно-энергетический комплекс, гипертрофирована, подвержена влиянию
мировой конъюнктуры. Чтобы улучшить ситуацию, стремимся создавать
новые отрасли промышленности - обрабатывающие производства на базе
углеводородного сырья, деревообработку и даже сельское хозяйство.
Понятно, что в аграрном секторе в нашем северном крае немало сложностей.
Но мы поддерживаем сельхозпредприятия независимо от их форм собственности.
Свои потребности в мясе, молоке, овощах удовлетворяем на 12 - 15
процентов. А картофель здесь благодаря длинному световому дню вообще
родится отменный. Уже говорили о возрождении оленеводства - отрасли,
дающей и жилье, и одежду, и продукты питания. |
| Для развития
лесопромышленного комплекса в регионе реализуются крупные инвестиционные
проекты. За счет финансовых ассигнований автономного округа активно
развивается деревообрабатывающая промышленность. Строим два комбината
по производству промышленной фанеры, крупный целлюлозно-бумажный
комбинат, завод по производству клееных деревянных конструкций.
Принято решение о развитии деревообрабатывающего производства по
скандинавским технологиям, |
| И еще об одном
очень важном направлении нашего развития. 600 километров Северного
Урала, входящие в территорию Ханты-Мансийского автономного округа,
содержат в своих недрах практически все, что есть в таблице Менделеева,
Здесь представлена вся платиновая группа, горный хрусталь, что открывает
возможности развития новейших технологий в оптической промышленности,
производстве сверхчистых материалов, элементной базы электроники.
Сейчас мы занимаемся геологоразведкой, обоснованием проектов освоения
месторождений, развитием инфраструктуры. Но, честно говоря, денег
на все это не хватает. Нужны инвесторы и большее внимание федеральных
ведомств. |
| - Кстати,
об инвестициях. В книге А. Паршева "Почему Россия не Америка.",
ставшей бестселлером, утверждается, что западный инвестор к нам
не придет по определению. Поскольку при средних установившихся мировых
ценах на нефть издержки (энергетические и транспортные) при добыче
ее в России выше, эффективность производства оказывается ниже мировой,
соответственно и конкурентоспособность. |
| - Я не вполне
соглашусь с автором. Наша нефть конкурентоспособна, сопоставима
с североамериканской или норвежской. Другое дело, что надо более
гибко выстраивать инвестиционную политику с тем, чтобы государство
не мешало, а помогало нефтедобытчикам, привлекало их ресурсы. Нефть
- настолько ценный продукт, что за ее добычу я бы еще и приплачивал.
Собственно говоря, на Западе так и делают. Пока скважина фонтанирует,
с нее и налоги берут соответствующие. Снижается отдача -снижают
и налоговую нагрузку. В результате получается: там выгодно эксплуатировать
скважину, если она отдает хотя бы 200 литров в сутки. А у нас ее
забрасывают при суточном дебете 5 - 8 тонн - она уже становится
нерентабельной. Не отрицаю - у нас северная страна и потому добыча
нефти дороже. Но даже сегодня, когда условия работы здесь не ругает
только ленивый, зарубежные капиталы к нам идут. Из 12 - 13 миллионов
тонн нефти, добываемых совместными предприятиями на территории России,
10 - 11 миллионов тонн производится Ханты-Мансийским автономным
округом. |
| - Иностранный
инвестор к вам идет. Но куда он вкладывает деньги? В выкачивание
нефти из скважин, основные инвестиции в которые были сделаны еще
в советские времена, или в освоение новых месторождений? |
| - Это особый
длинный разговор. Замечу только, что при разумной инвестиционной
и налоговой политике вполне возможно, чтобы частный инвестор - и
отечественный, и зарубежный - пришел к нам надолго. |
| - О социальной
политике. Меня удивил парадоксальный факт: все годы советской власти,
когда забота о человеке провозглашалась главным приоритетом государства,
столица вашего округа оставалась деревянным двухэтажным городком.
За последние 2 - 3 года, когда все вроде бы подчинено интересам
наживы немногих, она украсилась многоэтажными благоустроенными домами.
Что это? Губернатор добрый пришел или есть какие-то другие причины? |
| - Разумеется,
причин здесь несколько. Ну, например, раньше в регионе все делали
ведомства, а им в свою очередь все определялось Госпланом - от сарая
до кинотеатра. Экономили, где только можно, и чаще всего на человеке.
Люди отвечали им тем же. Приезжали сюда "срубить" денежек по-скорому
- и бежать куда глаза глядят. В результате при населении округа
1, 5 миллиона человек таких гастролеров через нас прошло 20 миллионов
человек. Психология временщика не могла не сказаться и на качестве
работ, и на экологии, и на многом другом. |
| В конце концов
поняли, что экономить на человеке больше нельзя, ему надо хотя бы
где-то с комфортом переспать. Тогда государство стало строить новые
города, а вернее, спальные кварталы. Во время перестройки и реформ
шли дискуссии (кстати, есть такие идеи и сегодня): не лучше ли осваивать
нефтяные месторождения вахтовым методом, привозя рабочих на ограниченные
сроки. Лучше. Но, как говорится, "лучше не в нашем колхозе". Мы
не считаем такой путь перспективным. Во-первых, здесь уже создана
мощная инфраструктура, в том числе социальная, выстроены города,
в которых живут почти 1, 5 миллиона человек (подчеркиваю - живут,
и их отсюда, что называется, палкой не выгонишь), ну а главное,
Ханты-Мансийский округ - это все-таки Север. Люди должны жить там,
где работают. А для этого им надо создать все условия - от жилья
до учреждений культуры. |
| За последние
годы мы практически заново на современном уровне создали систему
здравоохранения, охватывающую все полмиллиона квадратных километров
территории округа. Убедились, что дешевле построить медицинские
учреждения у себя, чем возить людей лечиться в Москву. Очень серьезной
проблемой была возможность молодым людям получить образование. Они
уезжали учиться, и половина из них не возвращалась назад. Таким
образом, мы сами ускоряли миграционные процессы. Сейчас открыли
целый ряд вузов у себя. Готовим представителей массовых профессий,
а вокруг вузов формируются интеллектуальные центры, способные решать
задачи в интересах округа. Многое делаем в сферах культуры и искусства,
так как считаем, что получать духовные ценности от приезда к приезду
иногородних знаменитостей - неполноценно. Вы уже видели наш Центр
искусств для одаренных детей Севера, подобные действуют не только
в Ханты-Мансийске, но и в других городах округа. |
| Короче говоря,
для нормальной демографической политики нужен не только оптимизм.
Каких же конкретных результатов мы добились? Раньше основной рост
населения шел за счет миграции. В год к нам приезжали около миллиона
человек, а оставались жить порядка 80 тысяч. Сегодня миграция тоже
дает прирост населения. Это, безусловно, признак относительного
благополучия, стабильности в зарплате, пенсиях, снабжении и прочем.
Вместе с тем мы одни из немногих в стране имеем положительные перспективы
естественного прироста населения. Последние годы занимаем призовое
место среди всех регионов по снижению детской и материнской смертности. |
| - А как
обстоят дела с коренным населением, давшим название округу? Находясь
несколько дней в вашей столице, я не встречал ханты или манси ни
на улице, ни во властных кабинетах. |
| - Вы торопитесь
с выводами. Составляя 1, 5 процента от численности населения округа,
в органах государственной власти представители коренных народов
имеют четыре процента руководящих должностей. Но главное, в чем
заключается защита их интересов, - признание и соблюдение их прав
большинством населения, что закрепляется и в соответствующих законодательных
актах, реализуется на практике. Убежден, что очень сложно, может
быть, даже невозможно, прочно и навсегда решить проблемы исключительно
для какой-то этнической либо социальной группы, не решив их хотя
бы на минимально удовлетворительном уровне для абсолютного большинства
населения. Поэтому, отдавая приоритеты коренным народам Севера,
поддерживаем незащищенные в социальном смысле группы - детей, ветеранов,
инвалидов. Мы решаем, на мой взгляд, главную задачу - создаем надежную,
эффективную систему взаимодействия власти всех уровней, бизнеса
и населения в целом. Опыт, в том числе и двух пережитых за последние
годы экономических кризисов, показал, что эта созданная в округе
система достаточна устойчива. |
| Возвращаясь
к перспективам нашего развития, берусь смело утверждать, что у округа
достойное будущее, Моя уверенность строится на богатейших природных
и промышленных ресурсах территории. И глубоко уверен, что высокий
потенциал жителей Ханты-Мансийского автономного округа позволит
и дальше динамично развивать наш северный регион. |
|
|
