|
|
| 15 марта
2001 г. |
| Источник: "Независимая
газета " |
| Автор:
Сергей Правосудов |
|
Сергей
Богданчиков: идет нормальный процесс отделения бизнеса от власти
|
|
Прекратить
хищение нефти в Чечне можно лишь расширением рынка рабочих мест
в республике, считает президент "Роснефти"
|
| В
последнее время все чаще высказываются предложения о необходимости
участия государственной компании в реализации масштабных нефтегазовых
проектов. "Роснефть" - одна из двух компаний, которые на 100% принадлежат
государству. О положении компании и стоящих перед ней задачах рассказал
корреспонденту "НГ" президент "Роснефти" Сергей Богданчиков. |
| -
Сергей Михайлович, в последнее время много говорится о том, что
"Роснефть" усиленно консолидирует свои активы. Расскажите, пожалуйста,
чего уже удалось добиться? |
| -
Консолидацией активов мы занимаемся уже два с половиной года. С
той поры, когда мы пришли в компанию и увидели, что активов 19 предприятий
как не бывало. В этот список входили практически все добывающие
предприятия, заводы, сбытовые сети. Поэтому мы занялись восстановлением
пакетов акций до контрольных. Мы поставили себе цель вернуться к
ситуации 1995 года, когда была образована "Роснефть". И в этом году
мы завершили этот процесс. Последним нашим приобретением стал 13-процентный
пакет акций "Краснодарнефтегаза". Теперь мы владеем контрольным
пакетом акций этого предприятия. В скором времени проведем собрание
акционеров, переизберем совет директоров. Но уже сегодня "Краснодарнефтегаз"
работает в общей централизованной схеме нашей компании. |
| -
Говорят, что одной из причин консолидации активов является подготовка
"Роснефти" к приватизации. Как вы к этому относитесь? |
| -
Пора уже понять, что мы живем в другое время. В стране новый президент.
Я считаю, что у него не расходятся слова с делами и постепенно идет
отделение бизнеса от власти. Это создает нормальные предпосылки
для развития бизнеса в стране. Что касается приватизации, то от
меня здесь ничего не зависит. Я наемный менеджер. Кто меня будет
слушать? Если правительство решит продать "Роснефть", то оно спокойно
это сделает. Наша задача - повышать капитализацию компании, чтобы
не продаваться за бесценок. |
| И
здесь мы уже многого добились. Когда мы пришли в "Роснефть" в 1998
году, она стоила 500 миллионов долларов. Сегодня компания оценивается
в 4 миллиарда долларов. Через несколько лет наша компания будет
стоить дороже 10 миллиардов. Поэтому у государства есть выбор: либо
продать 100% "Роснефти" сейчас за 4 миллиарда, либо через 4-6 лет
получить за ту же компанию более 10 миллиардов долларов. Кроме того,
в прошлом году "Роснефть" принесла 1,2 миллиарда долларов прибыли.
Выручка от реализации составила более 3 миллиардов долларов, мы
заплатили около 900 миллионов долларов налогов. Таким образом, государство
может выбрать - либо получить сейчас 4 миллиарда, либо получать
по миллиарду долларов ежегодно. Я не уверен, что с других нефтяных
компаний, находящихся в руках частных владельцев, государство всегда
получает налоговые поступления, адекватные их прибылям. |
| -
Какой вы видите роль государственной компании в проектах СРП? |
| -
Думать здесь нечего. Есть сложившаяся мировая практика: везде национальные
нефтяные компании осуществляют полномочия государства в соглашениях
о разделе продукции. Поэтому и у нас должна быть структура, представляющая
интересы государства. Разговор не идет о том, кто будет этим заниматься
- "Роснефть", "Зарубежнефть" или какая-то другая государственная
структура. Но такая практика должна быть, если мы хотим привлечь
серьезные инвестиции. Речь идет о "правиле одного окна" для инвестора.
Инвестор должен прийти в рабочий орган, который подготовит за него
все документы. |
| -
Говорят, что "Роснефть" прилагает определенные усилия, чтобы стать
такой управляющей компанией… |
| -
Я думаю, что так могут говорить только недалекие люди. Они просто
не понимают степени ответственности, которую должна будет взять
на себя управляющая компания в проектах СРП. В ближайшие 10-15 лет
более 30% добычи нефти в России будет идти с проектов СРП, а это
более 100 миллионов тонн в год. Причем очевидно, что если мы будем
осуществлять в этих проектах полномочия государства, заработать
нам на этом правительство не позволит. Вероятно, будут оплачиваться
только затраты, не более того. С другой стороны, управляющей структуре
придется нести огромную ответственность. В первую очередь перед
зарубежными инвесторами. Поэтому "Роснефть" не стремится выполнять
эти функции. Если поручат - будем выполнять. Если не поручат - не
расстроимся. |
| -
Каковы ваши планы в отношении сахалинских проектов? |
| -
В проекте "Сахалин-1" уже завершена разведка. Решено, что трубопровод
пойдет в Хабаровский край, в порт Де-Кастри, где уже работает принадлежащий
"Роснефти" круглогодичный терминал. В дальнейшем он будет расширен
и с него будет осуществляться экспорт нефти, принадлежащей западным
компаниям. Сегодня полным ходом ведутся реконструкция Комсомольского
нефтеперерабатывающего завода и модернизация магистрального нефтепровода
"Роснефти". Мы рассчитываем свою нефть перерабатывать на заводе,
покрывать потребности региона, а остатки продавать на экспорт. Проект
"Сахалин-2" уже реально работает, там идет добыча нефти. На февральском
заседании наблюдательного комитета было одобрено строительство нефтепровода
на юг Сахалина и строительство завода по сжижению газа. В "Сахалине-4"
мы продолжаем вести разведку. Недавно компания British Petroleum
выразила желание присоединиться к этому проекту, и мы рады этому.
Мы предложили им 49-процентную долю в этом проекте. |
| -
А как развиваются ваши проекты в Ямало-Ненецком автономном округе?
|
| -
У нас там в качестве долгосрочных проектов сейчас три месторождения:
газовое - Харампурское и два нефтяных - Комсомольское и Северо-Комсомольское.
Что касается Харампурского месторождения, то мы могли бы добывать
на нем 15 миллиардов кубометров природного газа в год. И это принесло
бы пользу нашей стране в условиях, когда у "Газпрома" добыча падает.
Однако сегодня не урегулирован вопрос о доступе в систему магистральных
газопроводов. Хотя мы уже закупили трубы и заказали компрессорную
станцию. Но неурегулированность этого вопроса сдерживает развертывание
работ. Мы могли бы уже в следующем году закачать в газопровод первые
кубометры газа. |
| -
Представители "Газпрома" утверждают, что, не допуская нефтяников
к трубе, они сохраняют выгодные России цены на европейском рынке.
По их мнению, если открыть нефтяникам доступ к газопроводам, то
они станут продавать газ на экспорт. В итоге цены на газ в Европе
упадут, а в России топлива больше не станет. Вы согласны с этим?
|
| -
Мы не просим у "Газпрома" разрешения на экспорт газа. Мы ведем речь
о поставках газа на внутренний рынок России и СНГ. Это связано с
тем, что окупаемость проекта только на российском рынке превышает
18 лет. Мы не можем инвестировать средства на таких условиях, поэтому
нам нужен рынок СНГ, чтобы улучшить экономику проекта. Но ведь и
сейчас некоторые независимые производители имеют доступ к газопроводам.
В частности, компания "Итера". Поэтому мы считаем, что государственная
компания также должна иметь этот доступ. И мы будем его иметь. В
этом у меня нет сомнений. Что касается Комсомольского и Северо-Комсомольского
месторождений, то на каждом из них мы будем добывать до 5 миллионов
тонн нефти в год. Первое из них уже в этом году даст нам один миллион
тонн. Кроме того, совсем недавно мы открыли новое месторождение
- Южно-Тарасовское. Сейчас занимаемся его обустройством. |
| Это
очень перспективное месторождение. Согласно нашим планам, через
20 лет "Роснефть" будет добывать 40 миллионов тонн нефти и 50 миллиардов
кубометров газа ежегодно. Я предполагаю, что через 10-15 лет по
объему выручки мы войдем в тройку крупнейших нефтяных компаний.
Это связано также с тем, что мы имеем разветвленную сбытовую сеть,
терминалы, морские буровые установки и морской флот. |
| -
В последнее время появились разговоры о том, что вы собираетесь
начать добычу нефти в Черном и Азовском морях. Это так? |
| -
Да, у нас большие планы на юге. Мы выкупили 2 блока в Каспийском
море - напротив Дагестана. Пока мы ведем сейсморазведочные работы.
В следующем году начнем бурение на шельфе Каспийского моря. Кроме
того, наше дочернее предприятие "Роснефть-Краснодарнефтегаз" владеет
лицензиями на лиманную часть Азовского моря, и сейчас мы разрабатываем
планы по активизации работ на шельфе. Что касается Черного моря,
то здесь есть определенные перспективы. Однако необходимо отметить,
что черноморские запасы очень глубоководные. |
| -
Расскажите, как идет работа по восстановлению нефтяного комплекса
Чечни. |
| -
По Чечне все достаточно просто. В ноябре прошлого года вышло постановление
правительства, поручающее нам создать "Грознефтегаз" и организовать
работу в соответствии с бизнес-планом. Сегодня на этом предприятии
работают полторы тысячи человек. В дальнейшем штат будет расширен
до 5 тысяч сотрудников, занятых только в основном производстве.
Мы восстановили предприятие "Грозтрубопроводстрой", теперь оно уже
начало работать. Начали добычу на ряде скважин и сейчас добываем
тысячу тонн нефти в сутки. Нам в этом году поручено правительством
добыть 400 тысяч тонн, и мы это сделаем. Кроме того, продолжаем
работу по тушению пожаров. Потушено 9 скважин, однако за это же
время загорелись еще 7. При этом продолжается воровство нефти. Возгорания
скважин происходят как раз из-за хищений. Ведь люди, которые этим
занимаются, не владеют технологией. Отсюда и результат. Для части
местного населения это способ выживания, и понять их в принципе
можно. Но нам от этого не легче. Порядка 30% нашей нефти ежесуточно
похищается и перерабатывается на подпольных заводах. Я думаю, что
эта практика прекратится только в случае расширения в Чечне рынка
рабочих мест. |
| -
Недавно вице-премьер Виктор Христенко заявил, что в Чечне необходимо
обратить серьезное внимание на восстановление нефтепереработки.
Как вы к этому относитесь? |
| -
Я, честно говоря, не слышал этого заявления. Виктор Христенко очень
внимательно следит за ситуацией в Чечне, и многие проблемы были
разрешены благодаря его участию. В соответствии с его директивами
был составлен наш бизнес-план, и в нем говорится только о нефтедобыче.
Никакой нефтепереработки в текущем году не предусматривается. Если
речь идет о перспективе, то пока мы таких заданий не получали. Когда
получим, тогда и будем заниматься. |
| -
А как вы считаете, там есть что восстанавливать? |
| -
Вопрос заключается в том, насколько это необходимо сегодня. Восстановить
можно все или построить заново. В Чечне ситуация больше напоминает
второй вариант. Но вопрос заключается в том, что сегодня объемы
добычи не столь велики. Раньше в Чечне перерабатывалось более 20
миллионов тонн нефти в год. Тогда еще в самой республике добывались
значительные объемы, много нефти завозилось из других регионов.
Сегодня ввозить много нефти в Чечню невозможно, а собственная добыча
вряд ли превысит полтора миллиона тонн в год. Сегодня нужно очень
хорошо подумать, насколько целесообразно восстанавливать нефтеперерабатывающую
промышленность в Чеченской Республике. Если будет доказано, что
экономически это целесообразно, то можно этим заняться. На мой взгляд,
каких-то политических аспектов здесь быть не должно. |
| -
По постановлению правительства все деньги "Грознефтегаза" должны
идти на восстановление Чечни. А как в дальнейшем будут распределяться
доходы этой компании? |
| -
В постановлении все прописано. Всю добываемую нефть мы должны продать
на экспорт. В бизнес-плане четко прописано, на что "Грознефтегаз"
может расходовать деньги, а на что нет. Оставшиеся средства идут
на специальный счет Минэнерго. Дальше эти деньги должны использоваться
в соответствии с социальной федеральной программой по восстановлению
Чечни. Что касается сроков действия этой схемы, то необходимо отметить,
что лицензии выданы на один год. Дальше будет тендер, и тот, кто
его выиграет, и будет заниматься разработкой чеченских месторождений.
Если нам будет дано указание правительства принять участие в тендере,
то мы выполним его. А если не будет, то мы еще подумаем, нужно ли
в этом участвовать. Необходимо отметить, что предстоит вложить еще
очень много денег в восстановление транспортной инфраструктуры.
Там практически все трубы прострелены. И постоянно появляются новые
прострелы или врезки. Что касается перспективы, то в дальнейшем
ежегодно будет утверждаться смета расходов "Грознефтегаза". По мере
того как эта компания приведет в нормальное состояние скважины и
транспортную инфраструктуру, денег на эти цели будет оставляться
все меньше, а большая часть средств пойдет на социальные нужды населения
Чечни. Все это предстоит решать правительству через своих представителей
в совете директоров нашей компании. |
| -
А сейчас восстановление идет за счет кредита, который "Роснефть"
выделила "Грознефтегазу"? |
| -
Да. Мы выделили более 60 миллионов рублей в качестве кредита. На
эти деньги была закуплена техника вдобавок к той, которую мы купили
еще в первый свой заход в Чечню. Теперь мы там работаем нормально.
Кредит "Грознефтегаз" нам вернет. Более того, уже сейчас часть работ
финансируется за счет собственных средств "Грознефтегаза". Я думаю,
что в апреле мы начнем переводить первые деньги на спецсчет Минэнерго.
И с каждым месяцем эта сумма будет увеличиваться. |
| -
Говорили, что в Чечне практически все трубопроводы разрушены и вам
приходится возить нефть на бензовозах. Это так? |
| -
Нет. Ранее такое было, но сейчас мы построили трубопровод и качаем
всю нефть по нему. Если нефть везется в бензовозе, то можно точно
сказать, что она ворованная. |
| -
Расскажите, пожалуйста, о планах "Роснефти" в отношении нефтепереработки
и розничной торговли нефтепродуктами. |
| -
До 2005 года мы модернизируем оба нефтеперерабатывающих завода и
доведем глубину переработки до 95%. В марте этого года мы запустим
установку каталитического риформинга на Комсомольском НПЗ. Что касается
сбытовой сети, то нам досталось большое количество АЗС. Наша главная
задача - их модернизировать. В прошлом году мы построили и модернизировали
более 40 АЗС. В этом году эта цифра возрастет до 70. Задача - выйти
на модернизацию 170-180 АЗС в год. Мы планируем, что достигнем этой
цифры уже в будущем году. Новые заправки мы строим по самым высоким
мировым стандартам. |
| -
А сколько всего у "Роснефти" АЗС? |
| -
Около тысячи. Эта цифра постоянно колеблется, так как мы постоянно
что-то покупаем и продаем. Недавно мы купили 13 заправок в Краснодаре.
Сейчас разрабатываем план их модернизации. Что касается наших планов
расширения, то пока приоритетным направлением для нас является Сочи.
В прошлом году мы уже ввели там 7 АЗС. В этом году планируем еще
увеличить свое присутствие на этом рынке. Следующим районом видится
шоссе Москва-Минск, там много наших АЗС и мы откроем еще несколько.
Прорабатываем также вопрос о приобретении сети заправок в Подмосковье.
|
| -
И последнее. Как вы относитесь к появившимся слухам о вашем возможном
переходе в "Газпром" на смену решившему уходить Рему Вяхиреву? |
| -
Необходимо отметить, что вопрос о руководителе такой крупной структуры
будет решаться на самом высоком уровне. Поэтому заниматься каким-то
лоббированием собственной кандидатуры в этом случае бесполезно.
С другой стороны, "Роснефть" мне досталась, мягко говоря, не в самом
лучшем виде. Пришлось потратить очень много сил, чтобы восстановить
потенциал компании. Ранее я возглавлял "Сахалинморнефтегаз", который
до этого 20 лет был убыточным. И там понадобилось приложить массу
усилий, чтобы привести дела в порядок. Я не могу сказать, что "Газпром"
сейчас находится в плохом состоянии. Но все знают, что ежегодно
добыча газа падает и у компании есть значительные долги. Честно
говоря, мне не хочется туда идти - хотя бы потому, что здесь, в
"Роснефти", работа уже налажена и появляются хорошие перспективы
для созидания. |
|
