31 мая 2001 г.
Источник: "Парламентская газета"
Автор: Анатолий Хохлов, генеральный директор ОАО "Красноярская горно-геологическая компания"
Поле чудес в стране бюрократов
Отрасль, приносящая несметные богатства, оказалась на голодном пайке. Чем это аукнется?
Реформаторский зуд, охвативший наши министерства, превращается уже в эпидемию. Создается впечатление, что ценность чиновников определяется не делами, а выдаваемыми ими на-гора прожектами. Не стоят в стороне от разного рода перестроек и руководители геологических предприятий страны. Заместитель министра природных ресурсов России Александр Наталенко сообщил недавно на расширенном заседании коллегии: в этом году в госбюджете ликвидирован фонд воспроизводства минерально-сырьевой базы. А во второй части Налогового кодекса на выходе решение о ликвидации соответствующих отчислений горно-добывающими предприятиями.
Более того, в концепции бюджетной политики предполагается сокращение участия государства в развитии минерально-сырьевого сектора. Таким образом, заботу о поддержании на должном уровне сырьевых ресурсов должны целиком взять на себя пользователи недр - горно-добывающие предприятия. Скажу прямо: для геологии это смертный приговор. Отрасли, едва оправившейся от удара новаций первой половины девяностых годов, второго потрясения не перенести. Сами проводники новой концепции, руководители геологической службы, признают: это приведет к сокращению ассигнований на геологию уже в следующем году.
- Таким образом, мы стоим перед фактом резкого сокращения геолого-разведочных работ, - подтверждает Александр Егорович.
Я поясню слова заместителя министра: это сокращение остатков геологического персонала. Вышвыривание на улицу, в нищету и отчаяние людей, обогативших страну. Разрыв в передаче опыта и знаний старых кадров новым, безвозвратные потери информации, технологии, производственных баз. Уже сейчас специалистов среднего возраста в геологии почти не осталось. И это называют "бархатной революцией"! Для страны реформы геологии будут означать неуклонное, а лет через пять и лавинообразное сокращение разведанных запасов минерального сырья, падение уровня и рост стоимости его добычи. Сокращение экспортных возможностей и перевод собственного хозяйства на голодный паек.
Впрочем, процесс уже идет. По данным Андрея Конопляника, президента Фонда развития энергетической и инвестиционной политики и проектного финансирования, за девяностые годы объем геолого-разведочных работ на нефть и газ сократился в 3,5 раза. Прирост разведанных запасов компенсирует текущую добычу только на две трети.
При этом, по сообщениям Министерства природных ресурсов России, в 1999 году, например, 87 процентов бурения на нефть и газ осуществлялось на деньги фонда воспроизводства минерально-сырьевой базы. И лишь 12 процентов - за счет средств предприятий. По сообщению заведующего отделом Центрального научно-исследовательского геолого-разведочного института Игоря Беневольского, ассигнования на геолого-разведочные работы в золотодобыче в 1992 - 1998 годах составили от 10 до 40 процентов к уровню 1991 года. Объемы работ снизились до уровня шестидесятых годов, прирост запасов золота был в 3 - 5 раз меньшим по сравнению с 1991 годом и не компенсировал добычу. При сохранении этой тенденции к 2005 году в стране будут выработаны все активные запасы россыпного, а к 2020 - и рудного золота. В Красноярском крае за 1994 - 1999 годы прирост запасов золота составил 43 процента от погашенных добычей запасов. Добыча россыпного золота сократилась более чем в 2 раза. Весь поисковый задел к настоящему времени исчерпан.
Надежды на благоразумие сегодняшних горно-добывающих магнатов, мол, озабоченные завтрашним днем, они начнут отстегивать от своих сверхдоходов необходимые суммы на геологоразведку, - наивность. Ведь это с их подачи лоббируется в правительстве и Думе идея отмены ставок на воспроизводство минерально-сырьевой базы. Опыт показывает: тяготы федерального налога они несут с неохотой и всячески пытаются от него увильнуть. Многие, конечно, понимают, что на всю жизнь им не хватит, но рассчитывать на годы вперед в условиях так называемого первоначального накопления наши капиталисты еще не научились. Хватятся, конечно, лет через пять - десять. Да поздно.
Наглядным примером "озабоченности" горнопромышленников завтрашним днем является Красноярская угольная компания. За всю историю ставок на воспроизводство минерально-сырьевой базы до этого года она по ним не платила. Зачем? Все три карьера компании - Бородинский, Назаровский и Березовский - обеспечены активными запасами на сотни лет вперед. Им и так хорошо! Или последний пример с конкурсом на разработку нефтяного месторождения "Вал Гамбурцева". К чему бы таким гигантам, как "ЛУКОЙЛ" и другие компании, насмерть биться за какие-то 65 миллионов тонн нефти этого месторождения? А к тому, что даром. Не нужно самому тратиться на поиск перспективных площадей и подготовку запасов.
Есть еще одна немаловажная причина, которая позволяет с уверенностью предполагать, что в случае отмены ставок на воспроизводство минерально-сырьевой базы нефте- и горнодобывающие компании затраты на геолого-разведочные работы резко сократят. По действующему законодательству добывающие предприятия не являются собственниками разведанных ими месторождений. Они имеют право лишь на добычу полезных ископаемых, что удостоверяется в каждом случае лицензией на право пользования участком недр. При этом в лицензионном соглашении оговаривается ряд условий, которые обязаны выполнять владельцы лицензий. При желании государственные структуры могут изъять лицензию на право пользования недрами даже у успешно работающих и законопослушных компаний. Без права собственности на месторождение и при отсутствии механизма защиты на владение лицензией инвестиции в геолого-разведочные работы связаны с очень большим риском. Естественно, недропользователи тратить собственные средства на геолого-разведочные работы будут осторожно, в очень небольших объемах.
Одной из причин необходимости реформирования системы управления и финансирования геолого-разведочных работ Александр Наталенко считает их низкую эффективность. Однако его доводы представляются, мягко говоря, странными. Откуда взяться эффективности, если выброшены за борт самые активные геологические кадры. Нарушена научно и практически обоснованная стадийность геолого-разведочного процесса. Усилиями министерства создана громоздкая, с огромными штатами система управления фондом недр в виде многочисленных комитетов природных ресурсов, а теперь еще и госучреждений. Некогда Красноярскгеология, имея в своем составе 12 тысяч работающих, управлялась ста двадцатью единицами административно-управленческого персонала. Сегодня в районе его деятельности двумя тысячами геологоразведчиков командует почти 500 чиновников в четырех комитетах (Красноярском, Хакасском, Эвенкийском, Таймырском) и даже в министерстве (Тыва). Тут не до эффективности, прокормить бы управленцев.
Планируя реформы, нельзя не учитывать депрессивность ряда горно-добывающих районов Красноярского края (как, впрочем, и России в целом), которые без поддержки их сырьевых баз просто рухнут. Намечаемые реформы геолого-разведочной отрасли - бомба под экономическую, военную и социальную безопасность России. Подходить к вопросу об отмене отчислений на воспроизводство минерально-сырьевой базы нужно не как к одновременному акту, а путем постепенного их сокращения, создания экономических предпосылок для их ликвидации. При обязательном введении до их полной отмены рентных платежей и восстановлении в бюджете с 2002 года целевого фонда воспроизводства минерально-сырьевой базы.
 


Все замечания и пожелания присылайте по адресу: skv@nefte.ru

ЗАО "Независимое нефтяное обозрение "СКВАЖИНА" (С) 1999 Все права защищены