|
|
|
|
| 31 мая 2001
г. |
| Источник:
"Парламентская газета" |
| Автор: Анатолий
Хохлов, генеральный директор ОАО "Красноярская горно-геологическая
компания" |
|
Поле
чудес в стране бюрократов
|
|
Отрасль,
приносящая несметные богатства, оказалась на голодном пайке. Чем
это аукнется?
|
| Реформаторский
зуд, охвативший наши министерства, превращается уже в эпидемию.
Создается впечатление, что ценность чиновников определяется не делами,
а выдаваемыми ими на-гора прожектами. Не стоят в стороне от разного
рода перестроек и руководители геологических предприятий страны.
Заместитель министра природных ресурсов России Александр Наталенко
сообщил недавно на расширенном заседании коллегии: в этом году в
госбюджете ликвидирован фонд воспроизводства минерально-сырьевой
базы. А во второй части Налогового кодекса на выходе решение о ликвидации
соответствующих отчислений горно-добывающими предприятиями. |
| Более того,
в концепции бюджетной политики предполагается сокращение участия
государства в развитии минерально-сырьевого сектора. Таким образом,
заботу о поддержании на должном уровне сырьевых ресурсов должны
целиком взять на себя пользователи недр - горно-добывающие предприятия.
Скажу прямо: для геологии это смертный приговор. Отрасли, едва оправившейся
от удара новаций первой половины девяностых годов, второго потрясения
не перенести. Сами проводники новой концепции, руководители геологической
службы, признают: это приведет к сокращению ассигнований на геологию
уже в следующем году. |
| - Таким образом,
мы стоим перед фактом резкого сокращения геолого-разведочных работ,
- подтверждает Александр Егорович. |
| Я поясню слова
заместителя министра: это сокращение остатков геологического персонала.
Вышвыривание на улицу, в нищету и отчаяние людей, обогативших страну.
Разрыв в передаче опыта и знаний старых кадров новым, безвозвратные
потери информации, технологии, производственных баз. Уже сейчас
специалистов среднего возраста в геологии почти не осталось. И это
называют "бархатной революцией"! Для страны реформы геологии будут
означать неуклонное, а лет через пять и лавинообразное сокращение
разведанных запасов минерального сырья, падение уровня и рост стоимости
его добычи. Сокращение экспортных возможностей и перевод собственного
хозяйства на голодный паек. |
| Впрочем, процесс
уже идет. По данным Андрея Конопляника, президента Фонда развития
энергетической и инвестиционной политики и проектного финансирования,
за девяностые годы объем геолого-разведочных работ на нефть и газ
сократился в 3,5 раза. Прирост разведанных запасов компенсирует
текущую добычу только на две трети. |
| При этом, по
сообщениям Министерства природных ресурсов России, в 1999 году,
например, 87 процентов бурения на нефть и газ осуществлялось на
деньги фонда воспроизводства минерально-сырьевой базы. И лишь 12
процентов - за счет средств предприятий. По сообщению заведующего
отделом Центрального научно-исследовательского геолого-разведочного
института Игоря Беневольского, ассигнования на геолого-разведочные
работы в золотодобыче в 1992 - 1998 годах составили от 10 до 40
процентов к уровню 1991 года. Объемы работ снизились до уровня шестидесятых
годов, прирост запасов золота был в 3 - 5 раз меньшим по сравнению
с 1991 годом и не компенсировал добычу. При сохранении этой тенденции
к 2005 году в стране будут выработаны все активные запасы россыпного,
а к 2020 - и рудного золота. В Красноярском крае за 1994 - 1999
годы прирост запасов золота составил 43 процента от погашенных добычей
запасов. Добыча россыпного золота сократилась более чем в 2 раза.
Весь поисковый задел к настоящему времени исчерпан. |
| Надежды на
благоразумие сегодняшних горно-добывающих магнатов, мол, озабоченные
завтрашним днем, они начнут отстегивать от своих сверхдоходов необходимые
суммы на геологоразведку, - наивность. Ведь это с их подачи лоббируется
в правительстве и Думе идея отмены ставок на воспроизводство минерально-сырьевой
базы. Опыт показывает: тяготы федерального налога они несут с неохотой
и всячески пытаются от него увильнуть. Многие, конечно, понимают,
что на всю жизнь им не хватит, но рассчитывать на годы вперед в
условиях так называемого первоначального накопления наши капиталисты
еще не научились. Хватятся, конечно, лет через пять - десять. Да
поздно. |
| Наглядным примером
"озабоченности" горнопромышленников завтрашним днем является Красноярская
угольная компания. За всю историю ставок на воспроизводство минерально-сырьевой
базы до этого года она по ним не платила. Зачем? Все три карьера
компании - Бородинский, Назаровский и Березовский - обеспечены активными
запасами на сотни лет вперед. Им и так хорошо! Или последний пример
с конкурсом на разработку нефтяного месторождения "Вал Гамбурцева".
К чему бы таким гигантам, как "ЛУКОЙЛ" и другие компании, насмерть
биться за какие-то 65 миллионов тонн нефти этого месторождения?
А к тому, что даром. Не нужно самому тратиться на поиск перспективных
площадей и подготовку запасов. |
| Есть еще одна
немаловажная причина, которая позволяет с уверенностью предполагать,
что в случае отмены ставок на воспроизводство минерально-сырьевой
базы нефте- и горнодобывающие компании затраты на геолого-разведочные
работы резко сократят. По действующему законодательству добывающие
предприятия не являются собственниками разведанных ими месторождений.
Они имеют право лишь на добычу полезных ископаемых, что удостоверяется
в каждом случае лицензией на право пользования участком недр. При
этом в лицензионном соглашении оговаривается ряд условий, которые
обязаны выполнять владельцы лицензий. При желании государственные
структуры могут изъять лицензию на право пользования недрами даже
у успешно работающих и законопослушных компаний. Без права собственности
на месторождение и при отсутствии механизма защиты на владение лицензией
инвестиции в геолого-разведочные работы связаны с очень большим
риском. Естественно, недропользователи тратить собственные средства
на геолого-разведочные работы будут осторожно, в очень небольших
объемах. |
| Одной из причин
необходимости реформирования системы управления и финансирования
геолого-разведочных работ Александр Наталенко считает их низкую
эффективность. Однако его доводы представляются, мягко говоря, странными.
Откуда взяться эффективности, если выброшены за борт самые активные
геологические кадры. Нарушена научно и практически обоснованная
стадийность геолого-разведочного процесса. Усилиями министерства
создана громоздкая, с огромными штатами система управления фондом
недр в виде многочисленных комитетов природных ресурсов, а теперь
еще и госучреждений. Некогда Красноярскгеология, имея в своем составе
12 тысяч работающих, управлялась ста двадцатью единицами административно-управленческого
персонала. Сегодня в районе его деятельности двумя тысячами геологоразведчиков
командует почти 500 чиновников в четырех комитетах (Красноярском,
Хакасском, Эвенкийском, Таймырском) и даже в министерстве (Тыва).
Тут не до эффективности, прокормить бы управленцев. |
| Планируя реформы,
нельзя не учитывать депрессивность ряда горно-добывающих районов
Красноярского края (как, впрочем, и России в целом), которые без
поддержки их сырьевых баз просто рухнут. Намечаемые реформы геолого-разведочной
отрасли - бомба под экономическую, военную и социальную безопасность
России. Подходить к вопросу об отмене отчислений на воспроизводство
минерально-сырьевой базы нужно не как к одновременному акту, а путем
постепенного их сокращения, создания экономических предпосылок для
их ликвидации. При обязательном введении до их полной отмены рентных
платежей и восстановлении в бюджете с 2002 года целевого фонда воспроизводства
минерально-сырьевой базы. |
|
|
