26 июня 2001 г.
Источник: газета "Экспресс-К" (Казахстан)
Автор: Валентина Дудкова
С нефтяниками бороться легче, чем с браконьерами
"Торговля рыбой - дело воровское, и посему жалованье положить им минимальное. Да по одному в год вешать, дабы другим неповадно было...".
(Из указа Петра Первого от 1699 года)
Борьба с незаконными ловом и торговлей рыбой - дело, как видно из указа решительного, прямого и неординарного русского царя, совсем не новое. Он прекрасно знал, что по старой русской привычке кто на каком месте сидит, тот от него и кормится. Поэтому "ударил" сразу по тем, кто, в первую очередь, должен был блюсти государственные интересы, а не личные. Впрочем, эффективность этих мер, можно предположить, была непродолжительной. И ни государственных людей, ни простых людишек, по-нашему браконьеров, эти меры не отвратили от доходного во всех смыслах промысла.
Борьба с браконьерством, как показывает действительность, категория вечная, слегка видоизменяемая временем, новой геополитической ситуацией, как модно говорить в последнее время. Если в советские времена на Каспии было два хозяина - СССР и Иран, то теперь их целых пять, и уже более десяти лет они не могут заключить соглашение, то есть единые правила игры для всех. По мнению и ученых, и практиков, браконьерские уловы превышают промышленные как минимум в 10 раз. Уследить за многочисленными браконьерами призванные к этому государственные структуры в постсоветских государствах просто не в силах даже физически, а если учесть, что между собой они координируют далеко не идеально, браконьеры "играют" и на этом.
За несколько дней пребывания в Астрахани я ощутила, что тема браконьерства в самом деле на слуху. А на себя лично "примерила" и один из видов контроля: в аэропорту, при прохождении таможни следует предъявить товарный чек на вывозимую рыбку, говорящий о том, что покупка произведена в магазине, а не на черном рынке. Хотя купить нелегально можно было прямо у гостиницы и не утруждать себя походом на рынок. Бойкие кавказские мужчины готовы были принять заказ на доставку любого рыбного лакомства. Практически в каждом номере местных газет - "горячие" новости по поводу поимки очередных браконьеров, каких-то новых технологий, ими применяемых, и рекордных уловов, арестованных при поимке. Не отставало и TV. Кстати, один из сюжетов касался того, как была разоблачена целая команда инспекторов, браконьерствующих под прикрытием государственных мундиров.
То есть, безусловно, борьба ведется, и достаточно жесткая. Только результаты ее пока не впечатляют. Говоря так, я имею в виду не только Астраханский регион, но в том числе и Казахстан... Заместитель директора Каспийского научно-исследовательского института рыбного хозяйства (КаспНИИРХ) Дамир Катунин, с которым мы говорили об экологических проблемах Каспийского бассейна в связи, в том числе, и с нарастающей интенсивностью работ по морской добыче углеводородов, и с угрозой распространения гребневика мнемиопсиса, все-таки на первое место по степени своей тревоги за судьбу этой экосистемы поставил разгул браконьерства:
- Меня больше беспокоит браконьерство, которое приняло ужасающие размеры. Я думаю, что причины здесь не только социальные. Ведь и на социальные причины можно по-разному смотреть, и люди их по-разному решают. Но тот, кто выходит с ружьем, покупает мощный мотор и идет за рыбой, ставит себе целью не просто себя накормить. Он же зарабатывает огромные деньги. Идет настоящий разбой! И это несмотря на массу охранных организаций, на решения на самом высоком уровне.
- Дамир Никитович, в буклете вашего института я прочла такую фразу: "Результаты многочисленных исследований однозначно доказывают, что нефть и рыбный промысел несовместимы". Прокомментируйте, пожалуйста!.
- Существующая на Каспии практика морской нефтедобычи говорила только об отрицательных свойствах этого воздействия. К примеру, в южной части Каспийского моря, в районе Нефтяных камней, где Апшеронский полуостров, все участки, где добывалась нефть, сейчас безжизненны. Такое заключение сделано азербайджанскими учеными. Там нет ни рыбы, ни живности, если иметь в виду промысловые запасы. На других водоемах - то же самое. Нефть самым губительным образом действует на рыбу: происходят физиологические изменения, стрессовые ситуации, нарушаются обменные процессы. Причем действие это не избирательно и касается всех видов рыб. Вопрос только в том, в какой концентрации воздействует нефть на рыб.
- На Северном шельфе Каспия, где, собственно, находятся нерестилища всех осетровых, и российской, и казахстанской сторонами в лице "ЛУКойла" и нефтяного концерна OKIOC ведутся интенсивные работы в настоящее время. Ваш институт ведет какие-то наблюдения за возможными изменениями? Что вы можете сказать по поводу безопасности проводимых работ?
- В самом деле, Северный Каспий осваивается практически всеми видами рыб, обитающими в море, кроме анчоусовидной кильки. Здесь и донные рыбы, и осетровые, сюда приходит на нерест сельдь. Можно сказать, что именно здесь находится родильный дом для морских рыб. С 1975 года этот район Каспия был объявлен заповедной зоной. Поэтому, прежде чем "ЛУКойлу" и OKIOC были выданы лицензии на проведение вначале геологической разведки, затем поисково-разведочных работ и промышленного бурения (срок лицензии "ЛУКойла" - 25 лет), был изменен статус Северного Каспия. Вначале Республика Казахстан внесла небольшие изменения, потом и Российская Федерация. Суть изменений в том, что при соблюдении экологических условий безопасности такие работы можно проводить. В настоящее время Россия и Казахстан находятся на стадии поисково-разведочного бурения. У нас было пробурено две скважины, и сейчас приступили к третьей. А в Казахстане, кажется, пробурена одна, приступают ко второй.
Могу сказать, что были подготовлены специальные экологические требования для проведения всего комплекса работ, в которых присутствует и специальный рыбохозяйственный блок. В нем, в частности, говорится, что нельзя проводить работы в местах миграции, массовых нагулов и размножения. Я считаю, что "ЛУКойл" отнесся к этому очень ответственно. И российские нефтяные компании, и OKIOC приняли решение о технологии нулевого варианта, то есть чтобы все, что накапливается, буровые и шламовые растворы, сама нефть, не сбрасывалось в море.
В мировой практике это имеет место, но далеко не везде. Однако "ЛУКойл" и OKIOC приняли решение, что нужно все вывозить на берег. Я не могу сказать, как это на самом деле происходит в Казахстане, потому что располагаю только неофициальной информацией, но в российских водах "ЛУКойл" пока соблюдает принятые на себя обязательства. Через Астраханскую обладминистрацию они приобрели полигон, куда и вывозят отходы для дальнейшей переработки. У них стоит судно, которое грузит контейнеры с отработанной токсичной водой и вывозит их на берег. У нас есть такая организация - "Югтанкер", которая освобождает, очищает воду. За всем ведется контроль.
У нашего института есть договоры с представителем "ЛУКойла" "Астраханьморнефтью". И уже 4 года в соответствии с договорами мы проводим исследования. Это как бы экологическое сопровождение проводимых работ, и начались они еще до поисково-разведочного бурения. То есть мы с самого начала должны были тщательно осмотреть тот район, в котором впоследствии начались работы. Какие виды рыб там водятся, сколько их, какие кормовые организмы. В общем, весь комплекс, начиная от водной среды, микробиологии, чтобы впоследствии оценить изменения. Мы это делаем посезонно, обычно осенью, летом. В этом году - весной. Последняя экспертиза показала, что в наших исследованиях был упущен еще один важный компонент - состояние ихтиопланктона (это икринки, которые плавают на поверхности). В этом году мы этим занимались. То есть требования ужесточаются для нефтяников!
По данным наших наблюдений, исследований, пока изменений нет. Однако надо иметь в виду, что мы сейчас ведем речь о единичных буровых, основанных на щадящей технологии. И хотя это очень затратно, компании все-таки на это идут. Проблема в другом. К сожалению, предполагаемая широкомасштабная морская нефтедобыча прикаспийскими государствами между собой никак не согласовывается, никак не координируется: ни технологиями, ни масштабами, ни постепенностью.
Я считаю, что должно быть так. Вы заложили буровую, провели бурение. Докажите, что это безопасно, примите все необходимые технические меры! Если вы докажете, что ничего не происходит, все благополучно, тогда можно приступать ко второй скважине. И опять надо смотреть! Мне кажется, что у всех прикаспийских государств все будущие проекты нефтедобычи должны быть прозрачными, чтобы все знали об этом, чтобы они обсуждались. Очень важны постепенность, отработанные технологии, и только потом можно идти к наращиванию нефтедобычи.
Северный Каспий - это ведь очень мелководная часть Каспийского моря, глубины небольшие. Многое зависит от качества нефти. Та нефть, которая есть в российских водах, вроде бы легкая, тяжелых фракций нет, поэтому при какой-то катастрофе или при выбросе ее большая часть улетучится, испарится. Но есть и тяжелая нефть, а по нашим сведениям, в казахстанских водах нефть тяжелая, с большим содержанием сероводорода. Кстати, по российским законам морская добыча нефти, содержащей сероводород, запрещена. Так вот, если нефть тяжелая, то на дне будут оседать твердые фракции, они будут разлагаться.
Вообще северная часть Каспийского моря испытывает сейчас огромную антропогенную нагрузку. И это, конечно, в основном за счет речного стока, в большей степени Волги, Урала - много поступает органики в море, из-за чего на Каспии расширяется зона с низким содержанием кислорода. Поэтому если у нас появится еще и нефтяной фактор, то это еще более усугубит положение. Практически происходит как бы сужение нагульного ареала рыб, им все меньше и меньше остается площади. Тогда может быть и массовая гибель. Положение очень тревожное. Но это одна сторона. Нельзя ведь исключать и того, что могут быть аварийные ситуации. А это вообще катастрофа, потому что нефть идет под большим давлением.
Хотя я знаю, что "ЛУКойл" создал специальное подразделение, которое призвано проводить аварийно-спасательные работы. Есть у них и специальная техника, и тренировки они проводили несколько раз. Но как это будет в жизни?.. Ведь одно дело, когда море спокойное, и совсем другое, когда оно бушует. Я задавал вопросы и выяснил, что в этом случае техника просто неэффективна! Она работает только при умеренном волнении в 3-4 балла. А море - это же стихия! Но пока, к счастью, у нас не было аварийных ситуаций.
- Однако это не означает, что их не может быть. Есть, на ваш взгляд, какие-то дополнительные средства защиты от аварийных ситуаций, которые необходимо внедрить нефтекомпаниям, ведущим работы на Каспии?
- Конечно, технические средства должны быть такими, чтобы полностью была исключена возможность попадания нефти в море. Например, я предлагал окружить платформы, с которых ведутся работы, какими-то сооружениями, допустим, бетонными, чтобы исключить попадание даже в случае аварийных разливов. Такие примеры есть. Норвежские нефтяники вокруг очень богатого месторождения в Северном море, рассчитанного на длительный период эксплуатации, построили специальную бетонную платформу "Тритон" высотой более 300 метров. Примерно 10-13 Эйфелевых башен по арматуре в нее вошло. Понимаете, какое отношение к экологии?! А у нас сам Бог велел при глубинах в 5-6, максимум 20 метров. То есть помимо технологии нулевого варианта, необходимо делать еще и защиту, как бы изолировать район бурения. Ведь ценность водоема высочайшая! Такое сооружение, кстати, поможет нефтяникам предохранять платформу в зимний период и от подвижек льда. Насколько мне известно, "ЛУКойл" проявил к этому интерес, и сейчас специализированному институту в Санкт-Петербурге поручено разработать предложения.Нефтекомпания готова пойти на эти затраты.
- Ваш прогноз относительно дальнейшего состояния каспийской экосистемы в связи со все увеличивающейся интенсивностью ее промышленного освоения, связанного с добычей углеводородного сырья?
- Природные факторы сейчас на редкость благоприятны для Каспийского моря: уже несколько лет подряд оно многоводно, что хорошо для всех видов рыб. Что же касается нефтяников, то, я считаю, с ними вполне можно побороться. Надо с ними работать, постепенно находить контакты. Все-таки они чувствуют свою ответственность. Мы же не можем просто запретить вести нефтедобычу! Но стараться, чтобы это все происходило с минимальным ущербом для экосистемы, вполне можно.
 
 


Все замечания и пожелания присылайте по адресу: skv@nefte.ru

ЗАО "Независимое нефтяное обозрение "СКВАЖИНА" (С) 1999 Все права защищены